КАРЛ РОЗЕНКРАНЦ. КУРОРТНАЯ ЖИЗНЬ

Karl Rosenkranz

«Land- und Strandleben» 

«Konigsberger Skizzen» 1839

**********************

Житель Севера подобен бононскому камню /1/, который поглощает свет солнца и излучает его в темноте. В короткую летнюю пору северянин старается как можно больше наслаждаться добротой природы, потому что знает: за летом придет долгая тоскливая зима. В Кёнигсберге много домов с красивыми большими садами, особенно на Штайндамме, Кёнигштрассе, Закхайме и Трагхайме, то есть в более молодых частях города. Но в старых кварталах нет не только садов, но, как правило, даже дворов. Здесь летом потребность быть ближе к природе становится еще сильнее, особенно у детей. Да и сад – это просто сад. Маленький и тесный, чтобы дети вволю резвились в нем. Со всех сторон он окружен домами, а по вечерам и ранним утром он холоден и влажен.

Поэтому склонность к жизни на природе у кёнигсбержцев очень сильна, и начиная с Масленицы люди начинают думать о том, куда направиться в летние месяцы: надо ли арендовать домик в деревне или снять апартаменты на морском побережье. Летние квартиры можно взять в наем в ближайших окрестностях города, на Хубене, в поселках Понарт, Юдиттен и Аавейден или на берегу Балтийского моря.

Кажется, раньше жители Кёнигсберга даже не подозревали, какие красивые места есть на морском побережье от Кранца до Пиллау. Только со времен нашествия французов кёнигсбержцы открыли для себя и обустроили морские курорты, а отправной точкой стало открытие курорта в Добберане /2/. Все это привело к тому, что в настоящее время все побережье Балтийского моря от Киля до Риги в летние месяцы заполнено курортниками.

Кранц, Рантау, Нойкурен, Вангенкруг, Лапёнен, Зассау, Раушен, Георгсвальде, Варникен с его знаменитым ущельем, Кляйнкурен с его живописными горами и т. д. – поистине жителям Восточной Пруссии есть где отдохнуть от забот, наслаждаясь морем и всем доступным комфортом.

Для кёнигсбергских врачей близость морских курортов является огромным благом, ведь морские курорты остальной Германии очень удалены от Кёнигсберга ввиду его географической изолированности, и поэтому их посещение невозможно для многих больных. А морские ванны вблизи Кёнигсберга предполагают расходы, которые могут позволить себе даже не очень обеспеченные люди.

Кранц, еще недавно рыбацкая деревня, известная исключительно копченой камбалой, чрезвычайно сильными морскими волнами, плохим жильем и отсутствием живописных пейзажей, превратилась в небольшой городок и популярный морской курорт. Мощь морских волн здесь настолько велика, а берега низкие, поэтому для предотвращения разрушений береговой зоны в Кранце были возведены весьма дорогие каменные здания. Здесь есть отели, бульвар, где проходят ежедневные концерты, набережная. В Кранце зачастую проживает свыше 400-сот гостей курорта. В основном это люди, которые, наслаждаясь целебным морским воздухом и освежающими морскими ваннами, не хотят отказываться от привычек большого города. В Кранце есть врач, аптека, пляжная зона полностью оборудована купальными тележками /3/ и т. д.

К западу от Кранца расположен морской курорт Нойкурен. В основном его посещают семьи с детьми. Плоский широкий песчаный пляж особенно подходит для детей, нуждающихся в морском лечении. Там можно отдохнуть дешевле и спокойнее, чем в Кранце.

Но жемчужиной побережья Балтийского моря поистине является курорт Раушен. В последнее время он сильно изменился в лучшую сторону. В то время как старая милая деревня, расположенная на восточной береговой террасе глубокого ущелья, на дне которого находится живописный водоем, осталась почти такой же, как прежде, новый аристократический Раушен расположился на дюне, отделяющей деревню от моря. Красивые, современные виллы и гостиницы, большая внушительная купель с горячей водой, водопровод, электрическое освещение и строгие нормы застройки, обеспечивающие максимально возможное сохранение природной красоты, делают Раушен способным конкурировать с самыми элегантными морскими курортами Пруссии.

Почва белесых дюн культивируется и становится плодородной, красивые сады ласкают глаз... Во многих отношениях Раушен остается противоположностью Кранцу. Сельская, умиротворяющая тишина, отсутствие столичной суеты, чудесные пейзажи делают его излюбленным местом отдыха ученых и художников, которые находят здесь покой и вдохновение для творчества. Раушен располагает всем необходимым для спокойного летнего отдыха у моря: красивый старый лес, романтический большой пруд, защищенный от ветра, красные от вереска дюны, высокий морской берег и освежающее морское купание.

Здесь море шумит и ветры шумят,

И мельницы стук раздается.

Здесь шумом природа встречает меня,

Ведь «Раушен» /4/ место зовется.

- так воспевал Раушен Эрнст Вихерт /5/, восторженный почитатель этого морского курорта.

Прогулка по малой и большой Кошачьим лощинам (die kleinen und großen Katzengründe), которые начинаются сразу за лесом Раушена, подарит путнику множество интересных постоянно меняющихся пейзажей. Из старого соснового леса он сразу попадает на холмистую местность, где под группами пышных стройных берез растет можжевельник, вереск или блестит ослепительно белый песок. Путь продолжается по лишенным растительности светлым пескам, вдоль полноводных ручьев, мимо таинственных болот, на которых растут волчеягодник и клюква, по пышному ковру зеленой кислицы или по колено в папоротниках и траве, через горы и долины до дубовой рощи, с самой высокой точки которой открывается впечатляющий вид на кроны лиственных деревьев и на обширные леса Варникена. На всем пути не видно моря, и иногда кажется, что ты находишься среди берез Финляндии или в Люнебургской пустоши, иногда вдруг оказываешься в настоящем восточно-прусском лесу, а то и в пышной местности Тюрингии.

Прогулка по лесу и могучим лесистым ущельям (Гаузуп и Детройшлухт) от Раушена до Варникена, этой изюминки побережья Земландии, откроет путешественнику совершенно иные пейзажи. Варникен, где находится главное лесничество и гостиница, невелик, и поэтому количество отдыхающих здесь весьма ограничено. Но через Варникен и его знаменитое Волчье ущелье каждый год из Раушена и Гросскурена проходят многие тысячи путешественников. Берега высотой почти 50 м, увенчанные чудесным ухоженным лесом, круто спускаются к морю. Живописное Волчье ущелье постепенно опускается почти до самого уровня моря.

Склоны Волчьего ущелья покрыты пышным подлеском; а в самые красивые части его можно попасть через проходы и по лестницам. С вершин, и особенно с Вольфшпитце, открываются великолепные виды. Берега здесь частично состоят из красного и серо-голубого мергеля, цвета которого придают ландшафту неповторимый вид, напоминая то меловые отложения острова Рюген, то альпийские скальные породы. Вот высоко над обрывом склонился метровой толщины ясень. Там за скалы зацепилась изогнутая сосна, а здесь расположился пышный зеленый кустарник ольхи. Обрамляет эту картину море, волны которого разбиваются о бесчисленные выступающие скалы побережья. Добавьте к этому световые эффекты заходящего солнца, и вы получите неповторимую картину природы, которая не может быть более возвышенной и прекрасной.

*******

Повсюду в сельской местности вы видите установленные тут и там брезентовые палатки, встречаете прогулочные экипажи, всадников и всадниц, людей, совершающих ближние и дальние прогулки. На морском берегу стоят купальные соломенные кабинки, которые часто выглядят так, будто сюда переселилась африканская деревня со своими обитателями. Вход в кабинку обращен, как правило, к суше, закрытая задняя стенка – к морю, и пока вы раздеваетесь, можете слышать чудесный шум волн рядом. Это приглашение поискать в них себе здоровье и, как минимум, хороший аппетит. А без удовольствия купание было бы пресным. Тот, кто не умеет плавать, держится за канат, закрепленный на нескольких колышках. Однако, это необходимо только в случае, если волны сильные, если морское дно илисто иль каменисто, и стоять на нем трудно.

Приходится сожалеть, что, вопреки требованиям здоровья, женщины предаются ханжеству, оставаясь все время пребывания на пляже в мокрых купальных костюмах, от чего часто простужаются. Не будем говорить уж о том, что эти наряды делают купание неудобным и некомфортным. Разве купальщиц недостаточно защищают от нескромных взоров специальные часы купаний, холмистый балтийский берег и компания дам, принимающих морские ванны по соседству? Разве в Кранце не был поставлен на берегу для охраны общественного порядка подслеповатый жандарм, когда однажды поступили жалобы на каких-то наглецов, наставивших на стыдливых дам свои лорнеты?

У каждого жителя Кенигсберга есть любимая курортная деревня, куда он приезжает, чье расположение, морской берег и общество он выделяет. На самих курортах ни о чем больше и не говорят, кроме как о море. То и дело со всех сторон слышится:

— Вы уже сегодня купались?

— Приятная вода?

— Какая температура воды для Вас хороша?

— Пойдете сегодня опять на море?

— Сегодня такой шторм! Вам удалось поплавать?

— У вас тут подобралась хорошая компания? и т. д.

И так с утра до вечера. Восхищение морем – постоянный речитатив, который повторяет каждый курортник.

Целует ли море благоговейно песок на берегу или, как первобытное чудовище с тысячей гигантских голов, грозит со страшным ревом поглотить землю; сверкает оно, как текучий светло-зеленый изумруд, или переливается темно-фиолетовыми чернилами; исполняет ли оно нежный танец волн или лежит застывшей серой массой, как колотый лед; кипит пеной, вздымая волны в небеса, или в его прозрачных водах, как в гладком зеркале, мы можем ясно разглядеть камни и мох на дне – море всегда прекрасно. Вы никогда не устаете от него, предстает ли оно перед вами, как любимая женщина, в неглиже или одето в парадные изумрудные одежды. Его прелести неисчерпаемы.

Можно часами сидеть на большом валуне или на рыбацкой лодке, вытащенной на берег, и смотреть, как волна откатывается назад, в море, а другая спешит ей навстречу. Вот она с брызгами разбивается о берег, и отползает прочь точно так же, как ее старшая сестра, чтобы уступить дорогу другим волнам, спешащим сменить друг друга, чтобы вновь затем слиться со своим истоком.

...Долго можно сидеть на берегу, мысленно целиком погружаясь в голубой простор неба над широкими морскими просторами, сияние солнца, луны и звезд, сверкающих в мягкой ночной глубине неба. Кажется, будто с нами в эти мгновения беседуют Гомер и Шекспир, эти прекрасно знакомые с морем поэты, которым оно открывало все свои тайны.

Чудесно, что день рождения нашего короля, третье августа, пришелся на середину летнего курортного сезона и стал его радостной кульминацией. Читались стихи, произносились речи, запускались фейерверки, плясали и пили во имя благополучия Фридриха Вильгельма III Справедливого!

 ПЕРЕВОД С НЕМ.ЯЗЫКА

ТАТЬЯНЫ КОЛИВАЙ

****************** 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Цитата из Иоганна Вольфганга Гёте «Страдания юного Вертера».

«Говорят, что бононский камень, если положить его на солнце, впитывает в себя солнечные лучи, а потом некоторое время светится в темноте…»

 

2. Бад-Доберан — город в округе Росток, Мекленбург-Передняя Померания, Германия. Он был столицей бывшего округа Бад-Доберан.

3. Купальная тележка (Badewagen; Badekarre).

Купальная тележка представляла собой деревянную закрытую кабинку на двух (Badekarre) или четырех (Badewagen) колесах, которую затягивали в воду. В XVIII-XIX вв. это давало возможность купаться в открытом море «прилично», т.е. незаметно для противоположного пола. В то время для женщин и мужчин считалось невозможным и оскорбительным купаться на виду друг у друга, хотя распространённые в то время купальники закрывали гораздо больше, чем принято сегодня.
В Германии купальные тележки впервые появились около 1800 г. Их использование следует понимать в контексте «конфиденциальности» в эпоху Вильгельма, когда купание понималось не столько как развлечение, сколько как лечебное средство. ССЫЛКА

4. Раушен – нем. «шум»

5. Эрнст Вихерт (нем. Ernst Wiechert; 1887-1950) — немецкий поэт, писатель, педагог. Преподаватель Хуфенской гимназии в Кёнигсберге.

"Hier rauscht der Wald, hier rauscht die See,
Hier rauscht's am Mühlenrade,
Es ist ein Rauschen, wo ich geh',
Im Tal, am Meergestade".

6. В данный текст добавлен фрагмент стихотворения Э.Вихерта и путевые записки немецкого писателя А.В.Грубе, сделанные во время его путешествий в 1850–90 гг.